Объекты опыта в состоянии сходства

Дискуссия

29.04.2019, 18:30-20:00 понедельник

Ингела Ирман "Зоологический музей в Ширяево"/Ingela Ihrman "Zoological Museum of Shiryaevo", performance, 2011 (работа создана для VII Международной Ширяевской биеннале, показывалась на номадическом шоу, куратор Неля Коржова)

Facebook Вконтакте Twitter pinterest google+

Программа: [ТекстоГраммыНового]

О каком состоянии идёт речь – о состоянии ума, характеризующемся устойчивостью культурной памяти, или о выходе за пределы таковой, о странном опыте (опыте ещё и странного), не имеющем аналогов и вызывающем привычного ума расстройство? По-видимому, нужно выбрать первое, если подразумевается какое-то сравнение и, соответственно, перечень узнаваемых признаков. Однако субъективные условия восприятия «похожих объектов» только предполагают быть одинаковыми и должны быть поставлены под вопрос, искусственный характер их организации особенно заметен, если что-то заставляет вдруг поменять мнение, или характеристику объекта, не важно, на какую, непредставимую, или ранее недопустимую (возвышенное и тривиальное здесь уравниваются). К примеру, как в сказке Гофмана, когда герой узнаёт, что Олимпия не настоящая девушка, но искусный механизм. Что-то здесь происходит и с восприятием, и с объектом, и, добавим, с текстом Гофмана,  который становится чем-то ещё, что способно как очаровать, так и по-другому свести с ума/навести на ум, дать окончательно протрезветь. Вопрос «что это было», впрочем, остаётся (как и то, на какой «ум» производится наводка). Разоблачая симуляцию, «это было» начинает указывать на себя как на причину не только нашей реакции и перемены отношения, но и последующей проблематизации опыта, вызывая к жизни наши размышления о состоянии того, что оставило по себе текст, который может проходить и по ведомству "безотносительного", и к "делу искусства/литературы/культуры» всё ещё относящегося. Обретая характер косвенного свидетельства опыта, знака, последовательно отменяющего привычки значить непременно что-то (известное, или уже не улавливаемое), но и включающего процесс смыслообразования в игру с действительностью, текст перестаёт быть тем же самым, в чём молниеносно проявляется подобие. Утрачивая во многом состояние языка, текст оказывается странной вещью, состояние сходства которой подражанием уже не улавливается, разве что определяется манипуляцией символического обмена.

2014предыдущий месяцследующий месяц
Facebook
Вконтакте
Instagram
Подписка на еженедельную рассылку
© Государственный центр современного искусcтва. Разработка [artinfo]. Дизайн [Андрея Великанова]